Путь раба

«Если купишь раба Еврея, шесть лет пусть он работает, а в седьмой пусть выйдет на волю даром; если он пришёл один, пусть один и выйдет; а если он женат, пусть выйдет с ним и жена его. Если же господин его дал ему жену, и она родила ему сынов или дочерей, то жена и дети её пусть останутся у господина её, а он выйдет один. Но если раб скажет: „люблю господина моего, жену мою и детей моих, не пойду на волю“, то пусть господин его приведёт его пред богов и поставит его к двери, или к косяку, и проколет ему господин его ухо шилом, и он останется рабом его вечно.» (Исход 21:2-6)

Он знал, что значит свобода. Это значило, что во всём есть лишь один путь — путь Отца, Его Владыки. Не могло быть никаких отклонений; ни тени перемены, если Ему предстояло исполнить порученное дело. Всё было совершенно; всё было точно, слово в слово, заповедь на заповеди.

Предпочитая Свою невесту и детей, Он знал, что заплатит высокую цену. Когда Он снова размышлял о законе о рабе-еврее, не могло быть никаких сомнений в том, каковы Его повеления. Раб, в конце концов, следует приказам.

Это было принятие порученного дела задолго до Гефсимании, когда впервые начался пот, лившийся, как кровь. Это началось ещё тогда, когда была задумана эта жертва, когда Он заявил: «Я люблю Моего Владыку, Мою невесту, наших детей. Именно ради этого Я пришёл. Мой образ существовал задолго до сотворения человека; но теперь Я избрал остаться, стать рабом навеки. Я больше не буду подобен ветру, но „приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек“ (Филиппийцам 2:7-8). С принятием образа человека началось Моё прободение».

Когда Меня впервые пронзили

Тот, кто должен быть пронзён, как предписано законом,
Его Владыка доволен безмерно,
В одно мгновение чаша искупления исполнена,
Всё, что нужно было… «Отдай Божественность».

Да, это Я, принявший твой образ,
Истинная жертва, которую должно услышать.
У Меня никогда прежде не было этих рук или этих ног,
Эти члены Мне попросту не были нужны.

Как можно убить Того, Кто существовал всегда?
Это тайна веры, которую мы признаём.
Мысль о смерти этого Единого Божественного —
Всё равно что просить ветер кровоточить.

Не заблуждайтесь, поддавшись искажённому человеческому мышлению,
Будто Моей надеждой было, чтобы эта чаша была отведена,
Ради предстоящей радости Я принял твой столб мучения;
Но этим потряслась вся вечность.

До конца дней Моих Я буду таким же, как ты,
Глубина этой Моей жертвы —
Нечто новое, что нужно принять, даже для Меня,
И всё же для тебя Я останусь Божественным.