Это я — предатель?

Когда настал вечер, Yahshua возлежал за столом с двенадцатью, и когда они ели, Он сказал: «Истинно говорю вам, один из вас предаст Меня». (Матфея 26:20-21)

Двенадцать мужей, один предаст. Скажи Мне, что ты знаешь о сердце (разуме) человека. Каково было умонастроение каждого после того, как Yahshua произнёс: «Один из вас предаст Меня»? Прежде чем ответить, испытай собственное сердце. Ответь честно.

Если у тебя есть глаза, чтобы видеть, вот к чему ты, возможно, придёшь. Представь, что могло произойти в ту ночь. Немедленной сердечной реакцией всех двенадцати был страх, и каждый подумал: «Может быть, это я». Спустя мгновение десять из двенадцати убедили себя, что никогда не сделали бы такого, говоря один за другим: «Не я ли это, Наставник?» (ст. 22) Заметь, я сказал «убедили себя». Они не были по-настоящему уверены, ведь прекрасно знали, что на протяжении всего их пути с Yahshua бывали сомнения, но всё же неизбежно считали себя лучше, чем предатели.

А что насчёт остальных двух? Предатель, конечно, лжив: «Не я ли, Равви?» (ст. 25) Он усиливает свой обман, признавая Yahshua учителем. Он разоблачён, но всё ещё пребывает в отрицании.

А что если у последнего ученика был иной опыт? Он — мудрый и смиренный. Он не назван прямо, но Yahweh видит сердце человека (1-я Царств 16:7). Этот смирившийся знает, что способен на предательство, и всё же любит своего спасителя Yahshua. Он ощущает всю полноту собственной немощи и жаждет держаться, каким бы порочным ни было его сердце. Он способен и на любовь, и на обман. Он предан своему спасителю, но достаточно мудр, чтобы бояться собственного сердца.

Он — молчаливый. Он не говорит во время этого события. Все остальные говорят: «Конечно, не мы, Наставник». Они называют Его Наставником, но этот мудрый не спешит говорить. Он уже осудил самого себя. Он глубоко осознаёт, что только благодать позволяет ему находиться за этим столом, и он держится изо всех сил. Он не гордится своим усилием.

Он боится оставить покров, дарованный ему. Он тоже предатель, но верит в грядущую жертву. Он знает, что пролитие крови — его единственная надежда. Он жаждет быть выкупленным. Он держится изо всех сил.