Елей радости

Ты возлюбил правду и возненавидел беззаконие; поэтому Всесильный, Твой Всесильный, помазал Тебя елеем радости более, нежели соучастников Твоих. (Псалом 45:7)

«Елей радости!» Эти слова, Отче, эти темы, что Ты влагаешь в разум, — я никогда прежде не понимал, что может означать такая фраза. Только когда я дошёл до этого нового уровня разложения, разложения, сотрясающего кости, задыхаясь и держась за остаток жизни, которая у меня осталась, я начал понимать.

Мои молитвы, Отче, — об освобождении. Всё, что я пишу, — для Твоих глаз, Отче; вопль моей души — для Твоих ушей, Папочка. Мои страхи и надежда, моя боль и хвала — всё это для Тебя. Когда эти слова ложатся на бумагу, я мучаюсь мыслями об отчаянии; я взываю, изливая себя. Я — жертва возлияния, излитая, но, как Давид, «я принесу Тебе жертву благодарения». В этом ли я нашёл елей радости вместо плача (Исаия 61:3)? И вот что я знаю, и об этом я должен воскликнуть: «Хотя бы Он убил меня, я всегда буду уповать на Него». (Иов 13:15)

Я воспою Тебе новую песнь. Я воспою слова благодарности, изливающиеся из глубины духа, а не из моей плоти. Нужно было сделать выбор. Принять отчаяние или воспевать Тебя с хвалой и благодарением. Я шёл; я пел; и даже когда боль жаждала вернуться, я читал: «Тогда враги мои обратятся назад, когда я воззову о помощи. По этому я узнаю, что Всесильный за меня». (Псалом 56:9)

Мне почти страшно сказать это, но этот процесс вернул мне радость, как дверь в неведомое место, незнакомое место. Может ли это быть так просто? Я должен, я должен испытать. Я должен свидетельствовать.

Ещё, Отче! Я принесу ещё больше жертв благодарения. Возьми меня к реке радости Твоей и омой меня заново, свежим и новым. Покажи мне путь вечный, узор радости и надежды, даже когда ад (моё желание «я») стоит предо мною. Хотя бы Ты убил меня… О Yahweh, я испил лишь немного. Я всё ещё жажду, Отче. Ещё, Авва, ещё.

Он вложил новую песнь в уста мои — хвалу нашему Всесильному; многие увидят это и убоятся, и будут уповать на Yahweh. (Псалом 40:3)